Новая Шахматория Семена Губницкого: Шахматные острова: Содружество миров:

ШАХМАТЫ В МИРЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Фрагмент из поэмы Авраама ибн Эзры "Песня о шахматах" (1167)

    [Известный раввин Авраам ибн Эзра, живший в Испании в 12 веке, написал на древнееврейском языке поэму

о шахматах, с фигурами, символизирующими эфиопов и эдомитов, содержащую описание игры, которая велась по правилам,

действовавшим в то время на арабо-испанской территории. Имеется и еще несколько рукописей, немного отличающихся

одна от другой, но приписываемых ибн Эзре. В 1689 году Гайд перевел эту поэму на латинский язык, в 19 веке

М. Штейншнейдер перевел ее на немецкий язык, а в 21 веке гроссмейстер Л. Юдасин со своей дочерью — на русский. —

С. Г.]

                    Напишу о древней тихой войне,

                    Пробуждающей мудрость и разум во мне.

 

                    Восемь рядов по восемь полей.

                    Тесны войска вокруг королей.

 

                    Жажда борьбы над землею квадратов.

                    Выпрямились — и ветер горбатый.

 

                    Воины идут, стоят или мчат.

                    Но нет развалин и крови солдат:

 

                    Мысли работа — эта война, —

                    Знаком и замыслом учреждена.

 

                    Воин павший — камзол в письменах.

                    Тебе представятся — радость и страх,

 

                    Померещится — красный и черный цвет

                    Бегущих. Спасения черным нет —

 

                    Красные в спину пикой — судьбою...

                    Выйдут пешки в начале боя —

 

                    Царской армии путь торить.

                    С маршем вперед! — и город открыт.

 

                    Уже никогда не двинется вспять,

                    Лишь стремится набок — врага хватать.

 

                    Первый ход — захочется ей — прыжок...

                    К трем направленьям зорок стрелок.

 

                    Но коль от границ себя убежит,

                    Мир в сердце донесет до крайней межи —

 

                    Таинством образ примет иной,

                    И станет время — его войной.

 

                    Отдых от прежних оков и опор —

                    На четыре четверти теперь простор.

 

                    Слон подходит косо, как тать в ночи,

                    Мягколапым тигром — не рычит — молчит;

 

                    Словно зверь — не воин, как дурная весть...

                    Но в его провиденьи сила есть.

 

                    Нога коня, как крыло, легка,

                    Дорога искривлена в три прыжка;

 

                    Два вперед и набок, мощеный шлях...

                    Равнина. Ветер на всех путях.

 

                    Распахнута вдаль длина, ширина...

                    Дорога — что для упрямых она, —

 

                    Для тугих затылков, петляющих ног?..

                    Король, по шагу, помочь бы смог

 

                    Всем духам битвы, усталым солдатам.

                    Опасливый с выходом и возвратом,

 

                    Он и на стоянках готов к войне.

                    Подступит враг к прозрачной стене —

 

                    Король побежит от его упрека.

                    Еще преследуют — сзади, сбоку —

 

                    Из комнаты в комнату мчится он... —

                    Удар! мгновенье... вождь спасен!

 

                    А назавтра — настигнут его опять,

                    Окружат. Выталкивать, наступать, —

 

                    Топчутся, убивая друг друга.

                    Гнев до конца, и дерзость — заслуга.

 

                    Одних царей — над белой нитью

                    Войска оскверняют без кровопролитья.

 

                    Здесь черный воспрянет — враги бегут,

                    То красные — гонят, подстерегут... —

 

                    Владыка безжалостно пойман в сеть.

                    Рывком к убежищу! Не успеть...

 

                    Осажденный город пал от меча.

                    Суд скорый, злобный. Взмах палача —

 

                    "Мат!" — Еще дрожит эшафот —

                    Царство — тень падет и замрет.

 

                    Выкупом тел за душу царя —

                    Слепнет гвардия, цель потеряв.

 

                    Где власть и прелесть, страстно ждущие воли?

                    Господин и слуги на клетчатом поле.

 

                    Завтра — состоится второе сраженье:

                    Есть погубленным возрожденье.

  с г