Новая Шахматория Семена Губницкого: Шахматные острова: Содружество миров:

 

 

ШАХМАТЫ В МИРЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

 

 

 

Поэма Марка Иеронима Виды "Игра в шахматы" (1513)

[С некоторыми сокращениями]

 

              Славим мы в песне игру — подобие истинной битвы,

              Бравых из бука бойцов, защитников власти державной,

              Чтоб короли меж собой за славу, и белый и черный,

              Вместе сразиться могли в борьбе двуцветным оружьем.

              С неба Юпитер сошел в страну Эфиопов, на нивы

              И на Мемнона поля, прямо к столу Океана,

              Гостеприимца, узнав, что с ТÁллус свадьбу справляет.

              Множество званных богов явилось на пиршество это,

              И разносилося вдаль от берега моря веселье.

              Пир завершался уже и радости трапезы пышной,

              Жестом когда приказал морей повелитель поставить

              Пеструю доску на стол, игры хитроумной основу,

              К радости общей богов. Разбита была на квадраты

              Черных и белых полей доска эта вся восьмикратно

              С каждой своей стороны, в порядке военном и строгом.

              Равновелик хоть размер квадратов был, цвет же — различен.

              В пестром мельканьи они меняли окраску, в черед свой.

              Черный, в согласьи, квадрат, сменяяся белым, подобен

              Панцирю был, на спине что несет своей черепаха.

              Молча сидели вокруг стола изумленные гости,

              Слушая бога слова: "Пред вами — поле сраженья,

              Лагерь. Увидите вы враждебные рати немедля,

              Сцены жестокой борьбы, стремительных схваток картины".

              Это сказав, из ларца он высыпал на доску разом

              Всех деревянных бойцов, сработанных ловко из бука,

              Людям подобных, — войска под стягами черным и белым.

              Воинства два, что числом и силами равными были.

              В каждом — шестнадцать фигур, окраской своею различны,

              Видом не сходны они друг с другом, и клички их — тоже.

              Каждая помнит свое особое дело и право

              Оборонять королей, отмеченных властью державной,

              Рядом фигуры стоят, готовые к битве и смерти.

              Здесь привыкают бойцы и пешими в бой отправляться,

              Скачет другой на коне, и мчится с пикою третий.

              В битву отважно несут слонам подобные звери

              С той и другой стороны бронею обитые башни.

              Строятся быстро в ряды и, дружно готовяся к бою,

              Все на равнину идут, квадраты свои занимая.

              Знатные в заднем ряду места получают по праву.

              Каждого войска король четвертый квадрат занимает,

              Друг против друга стоят. И шесть между ними квадратов —

              Вовсе свободных, пустых, от одного до другого.

              Черный квадрат захватил король противной окраски,

              Белый же — наоборот. Стоят с ними рядом супруги:

              Справа от мужа — одна, другая — слева охотно

              Так, как обычай велит, супружеский долг им обеим.

              Черной супруги квадрат и белой — такого же цвета,

              И королевы хранят его в начале сраженья.

              Лучника два молодых стоят в одеянии белом,

              Два же других стрелка — в одежде черного войска.

              Марса друзьями они еще названы греками, ибо

              Преданы богу войны. Сраженье они начинают.

              В их окруженьи — король с супругой своей, королевой.

              Справа и слева в плащах военных, украшенных златом,

              Всадника два на конях, султаны на рыцарских шлемах,

              Солнцем сверкают мечи, готовы к открытому бою,

              Башни на флангах стоят, вздымаясь на стенах высоких,

              Два бастиона, как две твердыни на крыльях открытых.

              В битву несут на спине могучей слоны их. Пред ними

              В первых увидишь рядах, по восемь, бойцов-пехотинцев,

              В станах обоих они подручными служат для войска,

              Грудью своей короля с супругой его защищая.

              Первый удар на себя всегда они принимают,

              Выйдя вперед и врага на борьбу вызывая бесстрашно.

              Снова завел свою речь отец Океан, говоря всем:

              "О небожители! вы здесь видите два ополченья,

              Лагеря вражеских два. Я вам расскажу о законах,

              Правилах точных игры, блюсти их как следует строго.

              В самом начале борьбы один за другим высылают

              Пеших бойцов короли, кого они выбрали сами.

              Только лишь черный солдат осмелится на поле выйти,

              Тут же навстречу ему несется белый с оружьем.

              Но ведь немногим дано на недруга ринуться сразу,

              Видят одну они цель — прорваться в лагерь враждебный

              И окружить короля противного войска, спасенья

              В бегстве чтоб он не искал, судьбу испытав роковую,

              Что положила б конец войне легионов обоих.

              Но и щадить вам нельзя врагов, идущих в атаку,

              Думать лишь вам об одном: предать короля их скорее

              Смерти, и меч опускать на всех, кто стоит на дороге.

              Быстро редеют ряды противника с каждой потерей,

              Поле борьбы предстает пред вами в смене ужасной

              Гибели, смерти, убийств своих и чужих ополченцев.

              Должен немедленно встать на место врага победитель,

              С силою всей отразив противника дерзкого натиск.

              Если избегнуть он смог возмездия и столкновенья,

              Должен немедля уйти надежно с этого места.

              Лишь пехотинцам одним отход запрещают законы,

              Рвутся когда же вперед, добычей противника будут.

              Но не для всякого путь единый в игре установлен,

              Каждый усвоил свой стиль, ему одному лишь присущий.

              Движется пеший боец за шагом шаг незаметно,

              Поле за полем пройдя, квадрат за квадратом минуя.

              Так пехотинцу дано вперед продвигаться обычно.

              Могут степенный свой шаг в начале игры лишь удвоить.

              В бой когда вступят с врагом, ударом его поражают

              Только косым и урон стремятся противнику тайно

              И без конца наносить лишь сбоку с убийственной силой.

              Слон же на флангах всегда способен нежданным ударом

              Недруга вдруг поразить в угодном ему направленьи.

              Может вперед и назад рвануться, и влево, и вправо,

              Поле насквозь пересечь, и смерть за собой лишь оставить.

              Только в косом не дано слону поражать направленьи,

              То, что прежде всего позволено лучникам, верным

              Марсу, войны божеству, ударом диагональным

              Могут они поразить: один на черном квадрате,

              Другой на белом врага, его уязвляя из лука.

              Стрелами оба борьбу они начинают, далÁко

              В цель попадая, хотя в косом только им направленьи

              Двигаться разрешено, когда в этом выгоду видят.

              Огненный прыгает конь в сражения самую гущу,

              Прямо скачка не свершит в такой хаотической свалке,

              В гневе встает на дыбы, кусает поводья и с силой

              Молнией, гриву взметнув, летит серповидным изгибом

              Через квадрат и другой, минуя их сразу, с разбега.

              Если на черном стоял квадрате, где ждал нападенья,

              Белый спешит захватить, меняя цвет поля все время

              И непрестанно стремясь достичь иноцветного места.

              Но королева полна отваги и, всех вдохновляя,

              Смело вперед и назад стремится, — душа столкновенья, —

              Вправо и влево свой шаг направит и диагонально,

              Только не может она идти серповидно, как кони

              Скачут в движеньи своем. Способна она беззаветно

              Мчаться туда, куда страсть сраженья ее не звала бы.

              Путь ее смеет ли кто прервать, заградить ей дорогу?!

              Недруг уходит с тропы, которой идет королева.

              Только коню одному позволено в дерзком движеньи

              Взмыть высоко над толпой, — имеет он право на это, —

              БËльшая все же в борьбе нужна для ферзя осторожность,

              Ведь в королевской чете — вся сила и вера в победу,

              Если король невредим, сражаются стойко солдаты,

              Если же пал он, тогда борьбу они все прекращают.

              Плен короля ведь несет бойцам его гибель мгновенно.

              Медлит разумно король поэтому. Все окружают

              Тесно его, защитить готовы телами своими.

              Часто и смело летят в средину вражеской рати,

              Жизни своей не щадя, спасти короля лишь желая.

              Схватки горячей король всегда избегает, охраны

              Требуя только своей от бед, отовсюду грозящих.

              Трудно, однако, к нему врагу подступиться незримо,

              Ибо способен удар в любом нанести направленьи

              Неограниченно он, тяжелый урон приносящий.

              Да и уйти далеко вряд ли король согласится.

              Если оставит он все ж свой стан в столкновении первом,

              Может тогда каждый раз один себе шаг лишь позволить,

              Будь то при встрече с врагом, иль в поисках места укрытья.

              Знаете правила вы игры этой ныне, законы

              Старые все, и сейчас увидите войско в сраженьи".

              После того Океан призвал к себе Аполлона

              Юного, вместе же с ним — Меркурия, внука Атласа.

              И повелел им начать друг с другом игру эту сразу.

              В выборе цвета они свободны были, обещан

              Приз победителю был, чудесное воэнагражденье.

              Жребий был брошен. Судьба приносит белым удачу.

              Право их вождь получил послать свое войско в атаку

              Первым. Считалось у всех достоинством важным то право.

              Молча раздумывал вождь, кого пошлет в наступленье.

              Пешего он, наконец, бойца выбирает, заслоном

              Для королевы кто был, ее от врагов отделяя.

              Тот удвояет свой шаг. Тогда из противного войска

              Черный навстречу боец по воле вождя и монарха

              Также стремится вперед, приказ получив королевский

              Дерзкого встретить врага оружием тем же бесстрашно.

              Друг против друга стоят враги на линии средней,

              Оба удар нанести противнику в сердце готовы.

              Только напрасно! Никто из них не способен на это,

              Могут косым поражать ударом одним, не прямым же.

              Справа и слева спешат друзья боевые, и поле

              Полнится все от бойцов, пехота вступает в сраженье.

              Быстро меняют места, еще не свирепствует битва,

              Шутит пока еще бог военной игры и бряцает

              Только оружьем, но бой короткий уже завязался.

              Черный нежданно боец мечом взмахнул своим слева,

              Оруженосца врага косым уничтожив ударом,

              Белого, в центре самом, заняв его место немедля,

              Гордый победой своей, поступком своим упоенный.

              Но позабыл, что стоит противник сбоку, готовый

              Мстить без конца, и упал на поле, уже умирая.

              Благоразумно король сейчас удаляется черный,

              Сразу из центра спешит укрыться в углу безопасном

              Внешнем, скрываяся там от бед в тылу глубочайшем.

              Оруженосцы его надежно здесь охраняют.

              Слева два всадника вдруг бросаются в гущу сраженья,

              Смерть и гибель внося в ряды иноцветного войска,

              В самое сердце его воинственно вместе врубаясь.

              Жалость им просто чужда. На землю они повергают

              Пеших бойцов молодых, ведь вспять повернуть те не могут.

              Громко гудит от копыт покрытое павшими поле.

              Феб же лишь мыслит о том, жестокий сердцем, чтоб больше

              Было убийств. По рядам враждебного войска пускает

              Всадника, чтобы губить. Однако интригу задумал

              В сердце Меркурий своем, — бог жаждет чего-то большого.

              В гущу пехоты своей впускает он всадника слева,

              Натиску наперекор ведет его в лагерь враждебный.

              Хитростью думает тот прокрасться к чете королевской,

              Пересекает черту беспечно как будто, но только

              Поля достигнув, куда стремился давно, угрожает

              Одновременно двоим: слону и властителю белых.

              Башню несет на себе огромную слон горделивый,

              Голову кверху подняв, не в тягость ему эта ноша.

              С горечью Феб увидал в осаде белых монарха,

              Должен теперь потерять слона, обреченного гибнуть.

              Одновременно двоих спасти он не в силах от смерти,

              Большее зло бы тогда нести он вынужден был бы,

              Главный теперь для него священный долг отвратить бы

              Гибель скорей короля. Уводит он быстро монарха

              Вправо. Тогда обнажил свой меч черный вражеский всадник,

              Насмерть слона поразив. Какая потеря для войска!

              Силою большей в борьбе владеет лишь королева.

              "Ты не уйдешь от меня, — кричит Аполлон, — без возмездья!"

              Ставит он пеших бойцов в колоннах, сомкнутых тесно.

              Вражеский всадник дрожит, от верной смерти спасенья

              В бегстве мечтая найти. Напрасно! Пред ним королева

              Белая. Рядом — бойцов фаланга чужих. И он гибнет,

              В смерти покой обретя, мечом королевы повержен.

              Бешенством Феб воспылал, возмездия жаждет, в атаку

              Шлет разъяренных бойцов и сам стремится вмешаться

              В битву. Разит все подряд мечом, исполненный страсти,

              Жертвует войском своим, защитой своею, бесцельно.

              Гибнущих видя врагов, на смерть своих посылает

              Зря беззащитных солдат, без видимой пользы и смысла.

              Силу применит свою искусней лукавый Меркурий.

              Медленно движется бог, умно каждый ход проверяя.

              Принял решенье давно сгубить королеву у белых

              И, подставляя бойца, удар нанести ей смертельный,

              Прячет коварство свое и делает вид, что о ходе

              Он сожалеет, хитрец. Ошибся, мол! С чувством вздыхает.

              Только нацелил уже стрелу свою в сердце отважной

              Справа стоящий стрелок. Не ведал об этом противник

              И пехотинца послал налево к враждебному флангу.

              Тайно Венера тогда, скорбя о возможной потере,

              Фебу о близкой беде глазами своими сказала,

              Губы раскрыла слегка, шепнуть ему словно пытаясь,

              Неосторожному. Ведь сидела напротив богиня.

              Вздрогнул испуганно Феб, Венерой предупрежденный,

              Бдительно все рассмотрев, убрал пехотинца с места,

              Раньше которого сам сюда поместил, не подумав.

              Хитрость заметив врага, он спас ходом тем королеву.

              Но оглушительно сын завопил божественной Майи,

              Берег морской огласил пронзительным криком Меркурий:

              "Это — добыча моя! Моя — королева, по праву!"

              Ропот возник средь богов. Тогда Аполлон, защищаясь,

              С берега моря сказал: "Какая несправедливость!

              Будто исправить нельзя ошибку, в игре что я сделал?!

              В шутку борьба ведь идет! Запрет ли на то установлен?!

              В будущем все это так пусть будет, коль хочешь, Меркурий!

              Правило помнить изволь, законом для всех оно будет:

              Если осмелится кто хоть пальцем тронуть фигуру,

              Должен в сраженье ее вести, на смерть не взирая,

              Как и на трудности все, немедленно и без уступки".

              Так он сказал. Боги все одобрили это решенье.

              Только Юпитер метнул недобрый взгляд на Венеру

              Скрытно, не видел его б Меркурий, охваченный злобой.

              Бог овладел лишь с трудом собой, смести порываясь

              Лагеря оба рукой своей дерзновенной, фигуры

              Все расшвырять по углам, прервать игру боевую.

              Все же опомнился он, задумав новую хитрость,

              Тайно решив обольстить противника способом новым.

              Лучника меткого в бой он вводит, но движет, однако,

              Лучника шагом коня, таким, что вблизи королевы

              Вдруг появляется тот, грозя ей опасным соседством.

              Но Аполлон, увидав коварство, сказал, улыбаясь,

              Всем здесь сидевшим богам: "Хитер хоть Меркурий и ловок,

              Опытен, как интриган, искушен во всяческой фальши,

              Все же меня провести едва ли будет возможно

              Внуку Атласа. Шельмец! Немедленно ход свой изменишь

              Лживый!" Пронзительный смех раздался богов. Меркурий

              Лучника с поля убрал на старое место. "Ошибся!"

              К хитрости новой уже готов, не смущаясь нимало.

              Башни вступают в борьбу. Стрелки тетиву натянули,

              К бою готовы. Гудит копытами взрытое поле.

              Мужество полнит сердца, горящие жаждой сраженья,

              Жаждой врага поразить, оружьем своим уничтожить.

              Боги надежно хранят, тем временем, павших в сраженьи,

              Также и пленных врагов вблизи от бранного поля

              В скрытом убежище, чтоб никто из них не вернулся

              К жизни нежданно бойцом опять и не начал сражаться,

              Чтобы никто не воскрес из них для схватки жестокой.

              Расположившийся близ шеренг Аполлона Фракийский

              Марс неизменно всегда большим был Меркурия другом,

              Только и мысля о том, помочь как ему для победы.

              Выбрав минуту, увел двух черных воинов тихо:

              Бравого с луком стрелка, попавшего в плен, и вместе

              Пешего ратника с ним, давно лишенного жизни,

              Вновь возвратив их тайком обоих в центр столкновенья.

              Смело вмешались в борьбу и начали снова сражаться

              Оба, оружьем грозя смертельным белым солдатам.

              Но не стерпел тут Вулкан, Юноны отпрыск, заметив

              Трюк недостойный такой, нечистое дело Ареса.

              Громко воскликнул, чтоб Феб внимательней был, не зевал бы.

              Бледность покрыла лицо героя Фракийского, Феб же

              Вспыхнул от злобы огнем. Отец богов всемогущий,

              Гневаясь, тут же велит Меркурию выгнать немедля

              С поля обоих бойцов, подставленных Марсом обманно.

              И возвратилося все к исходным позициям снова.

              С выросшим гневом ведут сейчас игроки наступленье,

              В самый огонь короли супруг своих посылают.

              Смерть и погибель несут они на широкое поле.

              Друг против друга стоят теперь, наконец, героини.

              Каждая за короля сражается. Что там?! Смотри-ка!

              Белая сзади удар смертельный черной наносит,

              Падая с нею сама, сраженная лучником метким,

              Так что недолго она добычей своей упивалась.

              В трауре смотрят бойцы на жертвы кровавого боя,

              Слезы у всех на глазах, никто не удерживал плача

              И причитаний, когда тела королев уносили.

              После ж толпою бойцы в тревоге к владыке стремятся,

              Ведь поредели ряды, оплакивал каждый убитых.

              Силы, однако, хранят для боя. Еще уцелело

              Много отважных солдат, немало воинов смелых,

              Мужества полных фигур, способных к битве упорной.

              Феб ведь имел еще трех бойцов-пехотинцев и башню,

              Вместе стрелка одного, отважного лучника, с ними,

              Да и Меркурий числом таким обладал, только пала

              Сильная духом тура. Она была на дозоре

              Мирном, погибло когда из войска черного много.

              Здесь же бесчестно убил стрелой ее издали лучник.

              Целым, однако, стоял у бога Меркурия всадник,

              Всех остальных поглотил войны истребительной Молох,

              Лагерь его разорив цветущий жестоко и жадно.

              Черное рвется опять в сражение войско, готово

              Храбро стоять до конца, врагу ущерб причиняя,

              Счастье решив испытать. Живой исполнен надежды

              Феб, превосходство свое на поле узрев, но как горько

              Видеть вождя своего совсем одного, так внезапно

              Осиротевшего, и рассеянной рати остатки.

              Две королевы живут давно в покоях пустынных,

              Радостей всех лишены супружества. Хоть не родится

              Прежняя в сердце любовь, судьба коварная узы

              Брака заставит желать привычные без исключенья

              Всех, в том числе королей. Итак, зовет повелитель

              В свой королевский покой жены опочившей наперсниц,

              Спутниц блестящих толпу супруги своей венценосной,

              Тех, что за гибель ее напрасно отметить порывались

              Черным свирепым бойцам, убийцам их королевы,

              Тщетно бряцали мечом и жаждали только возмездья.

              Хочет сначала король их мужество делом проверить.

              Тех, что явились к нему, и выбрать из самых достойных

              Вновь королеву себе. Немедля одну посылает

              В лагерь враждебный, веля пробраться ей в самый далекий

              Ряд от своих. Ей пока нельзя разделить его ложа.

              Строгая заповедь есть: лишь та, что проникнет глубоко

              В лагерь врага и, в покой войдя королевский победно,

              Целой вернется назад, владычицей новою станет.

              Движутся смело вперед, заставы врага сокрушая,

              Пешки дорогой прямой, но третья других обгоняет,

              Следуя справа путем свободным для продвиженья.

              Радостно мыслит она уже о венце королевском.

              Спутницы все позади ей близкий триумф предвещают.

              Честолюбиво она стремится к намеченной цели,

              Шаг ускоряет ее мечта о дивной награде.

              Ей не мешает в пути никто, ни даже владыка

              Черного войска. Ведь он и сам стремится к женитьбе,

              Сердца влюбленного ждет. И вот устремляются пешки

              Черные также вперед, одна за другой, и Меркурий

              Левую ту, что стоит в четвертом ряду, подгоняет.

              Но опоздала она. Достигла белая пешка

              Цели желанной своей, сумев соперницу в беге

              Опередить, за собой оставив поля все чужие.

              Трон принести приказал король тогда и корону,

              И драгоценности все супруги покойной, и тут же

              Он объявляет ее достойной стать королевой,

              Белый ликует народ, глумится над недругом черным.

              Слез и стенаний своих унять не может Меркурий,

              Пестрые рвет на груди своей одеянья и плачет.

              Черная пешка еще один шаг опасный свой к цели

              Делает. Рядом — почти. Но горе! Закрыта дорога.

              Гибелью верной грозит ей слон, надежно укрытый,

              Только посмеет ступить на крайнее лагеря поле,

              Ибо последний весь ряд тот зверь сторожит, отгоняя

              Смуглую деву назад, стоящую робко на грани.

              Но между тем пронеслась над битвой владычица гордо

              Новая белых бойцов, смертельные сея удары.

              Сделало счастье ее отважной и смелой, и рвется,

              С молнией схожа, вперед, во вражеский лагерь в безумьи,

              В бешенстве словно, грозя земле и небу оружьем.

              Черные в страхе бойцы лицо ее видят. Сквозь землю

              Все провалиться хотят. Дрожа покидают сраженье.

              В ужасе с поля бегут от ярости новой царицы.

              Сбились в толпу, окружив стеной короля для защиты,

              Телом желая укрыть его своим от врагини.

              Гневом объята летит она, пробивая шеренги,

              С тыла стремится напасть и прежде всего монарху

              Черному смерть принести. Борьбу теперь переносит

              Прямо к шатру короля, и там и здесь нападая.

              Белое может занять в четвертом ряду она поле,

              Сразу закрыв королю к спасенью выход свободный.

              Это решило бы вдруг судьбу и бойцов и владыки.

              Невыносима была б она для Гермеса, конечно,

              Ибо открыт был бы путь, ведущий к сердцу сраженья.

              Смог разве кто б отразить ужасный удар королевы?!

              План разгадал он ее коварный и содрогнулся.

              Хитрый, врагу закричал, чтоб тот не задерживал ход свой,

              Шел бы скорей, от игры словами его отвлекая

              Всячески, этак и так: медлителен, мол, он, как долго

              Мешкает, держит свой ход, а его упрекает за это.

              Разве не стыдно ему играть так с Гермесом, лениво,

              Медлит зачем-то иль ждет, что ночь остановит сраженье?!

              С толку сбитый совсем, не думая, пешку снимает

              Черную Феб-Аполлон, блестящий шанс упуская,

              Скачет, ликуя, Гермес, — свободен король от угрозы,

              Наперерез шлет коня врагине белой, беду чтоб

              Страшную вдруг отвратить. Стремится сейчас к пораженью

              Вражеской башни, достичь мешающей девушке смуглой

              В царский проникнуть шатер, к владыке белого войска.

              Башню стрелой от разит смертельной. Навзничь упала.

              И загудела земля от грома. В то время, как тщетно

              Смертью грозит королю противника Феб, надежно

              Смуглая пешка прошла к желанной цели и стала

              Новой супругой царя, властителя воинов черных.

              С новою силой опять борьбу начинают царицы.

              В мужестве их короли всецело уверены оба.

              Рок хоть изменчив войны, волна колышется битвы

              Все еще, делает вид Меркурий, что верит в победу

              Черного войска. Лицо все светится радостью чистой.

              Хвастает и над врагом глумится. Своих прославляет

              Всячески черных бойцов Гермес громогласно,

              Храбрых же белых солдат стремится бесчестно унизить.

              Хитрость его Аполлон заметил юный и сразу

              Гневно ему так сказал: "Еще не упала фигура

              Битвы последняя, ты ж глумишься хвастливо, Меркурий!

              Счастье изменчиво ведь! Хвалиться, смеяться над Фебом

              Сможешь, глупец, лишь когда победы пальму получишь!

              Впрочем, зачем говорю так долго с тобою?! Ведь скоро

              Будешь наказан за ложь!" И в битву шлет королеву.

              Бой двух фаланг закипел немедленно яростный, ибо

              Обе, себя не щадя, сражались, стремяся к победе.

              Смуглая гибель несет в ряды врага королева.

              Не соревнуется с ней сейчас владычица белых.

              Скрытой тропою спешит среди отрядов враждебных.

              Ближе стремяся к шатру вождя придвинуться черных.

              Стражей дворца полонит, врата открывает и с хода

              Внутрь проникает, грозя концом их монарху отважно.

              Только сейчас поняла опасность смуглянка, увидев

              Белую в черном дворце врагиню. Метнулась в тревоге,

              Сразу разить прекратив защитников белого стана.

              Ужас стремит ее шаг, тела оставляет погибших,

              Мчится, почти не дыша, бесстрашно в средину сраженья,

              Смерть ожидая свою, спасти бы только очаг свой

              И короля. Но грозит и Фебу несчастие тоже,

              Более тяжкое, ведь Меркурий пускает свободным

              Полем навстречу коня, глумяся бесстыдно. Весь в мыле,

              Неукротим конь и дик. Горячий, не отступает,

              К полю пока не придет, куда был послан. Владыке

              Черным оружьем грозит, владычице тоже, готовясь

              Вместе чету истребить королевскую, хитрый Меркурий.

              Это поняв, потрясен был сердцем Феб чрезвычайно,

              Брызнули слезы из глаз, надежда угасла, лишился

              Сил, в благосклонность богов не веря всегдашнюю больше.

              Больше не ждет он уже в беде небес утешенья.

              К небу, напротив, Гермес возводит взоры, ликуя,

              Радуясь помощи их, успехом своим вдохновляясь.

              Сила приходит к нему большая, он королеву

              Белую с поля теснит, добычу себе забирая,

              Только коня потерял, мечом пораженного тяжко.

              Все еще держится Феб, надеясь на счастье и поля

              Не покидая совсем, сражаясь с остатками войска.

              Три еще есть у него бойца: две пешки и лучник,

              Марса любимец. Но все напрасно! В отчаяньи храбрость

              Их и отвага растет. Спеша на защиту владыки

              Падают жертвой судьбы. Погибнет сейчас и властитель.

              Незачем будет спасать тогда его и не нужно

              Белого войска затем. Владеет полем Меркурий.

              С силой наносит удар по стану властителя тяжкий.

              Черная мчится с мечом врагиня свирепая, всюду

              Сея ужасную смерть, остаток стремяся когорты

              Белой стереть до конца своей сокрушающей мощью,

              Только остался один король беззащитный на поле

              Осиротевший. Он схож сейчас со звездою на небе

              Утреннем, вспыхнет когда заря в одеяньи пурпурном,

              На колеснице летя, созвездья с тверди сгоняя.

              Будет светить ярче всех, уйдет, о Венера, последней

              Тезка со свода твоя. Надежды ему на спасенье

              Не принесет та звезда. Себя побежденным не хочет

              Стиснутый всюду признать, бежать хоть ему невозможно.

              Но коль никто не грозит ему погибелью верной,

              Нет если ни одного свободного поля, куда бы

              Было ступить суждено, тогда, он знал, что напрасно

              Были потрачены все усилья недруга, тщетны

              Были желанья его. Никто обладателем славы

              Стать бы победной не мог. Искусно, король уклонялся

              Этак и так от врага, пустые поля занимая.

              Но по пятам, как судьба, следует черных властитель,

              Путь оставляя ему, однако, для бегства открытый.

              Лишь увидав, что король шагнул, наконец, на последний

              Ряд, королеву призвав, велит занять ей соседний,

              Чтобы бедняк убежать не мог, окруженный надежно.

              Только остался ему для 'бегства крайний рубеж тот.

              С каждым шагом король к нему все ближе враждебный.

              Поле одно меж двумя осталось, их разделяя

              Строго, и только когда король оказался несчастный

              Прямо пред черным врагом, утратив и волю к спасенью,

              В крайний тогда тот квадрат ворвалась владычица черных,

              Всем здесь последним полям грозя. Не осталось надежды

              Больше ему никакой. Подняв свой меч поразила

              Страшным ударом жестоко она. И упал он.

              Так завершила судьба игру боевую под клики

              И ликованье богов, Гермеса славящих дружно.

    Краткие сведения о "действующих лицах":

    Юпитер (Зевс) — царь и отец богов и людей, бог молнии и грома.

    Эфиопия у Гомера — мифическая страна, населенная счастливым народом и расположенная близ берегов Океана.

    Мемнон — один из героев Троянской войны, царь эфиопов.

    Океан — прародитель всех богов.

    Теллус — древнеиталийское божество земли, богиня жизни и смерти.

    Аполлон (Феб) — бог солнечного света, покровитель искусств и поэзии.

    Меркурий (Гермес) — покровитель купцов, бог торговли.

    Атлас (Атлант) — титан, державший на своих плечах небесный свод.

    Венера (Афродита) — богиня любви и красоты.

    Марс (Арес) — сын Зевса и Геры, бог войны.

    Вулкан (Гефест) — сын Зевса и Геры, бог огня и кузнечного ремесла.

    Юнона (Гера) — супруга Юпитера (Зевса).

    Молох — древневосточное божество, культ которого был связан с человеческими жертвоприношениями.

 

  
 

 

  

 

  с г

Патенты и изобретения
Файловый архив НТУ "ХПИ"
Авторефераты
Научные пособия
Вестник НТУ ХПИ
Сборник научных работ
Научные журналы
Учебные пособия НТУ "ХПИ"
Научные журналы
Газета Политехник
Архив Научных работ
Международная конференция MicroCAD
Архив


Администрирование НТУ ХПИ